Страница 3
Материалы блога — страница 3
Читайте статьи, рассказы и заметки из архива. Новые материалы появляются регулярно.
Невозможно объяснить вкус вина формулой брожения винограда.
Война — это идеальный хищный механизм, решающий холодные, математические задачи выживания и доминирования. Но этот механизм абсолютно беспомощен и не может завестись без своего иррационального топлива — великой и простой истории, которая убеждает миллионы разумных существ в том, что их личная, мучительная смерть имеет вселенское значение. Война — это брак безжалостной биологии с высокой поэзией. Войны начинаются тогда, когда появляется история, которая превращает убийство из преступления в священный долг.
Война — это идеальный хищный механизм, решающий холодные, математические задачи выживания и доминирования. Но этот механизм абсолютно беспомощен и не может завестись без своего иррационального топлива — великой и простой истории, которая убеждает миллионы разумных существ в том, что их личная, мучительная смерть имеет вселенское значение. Война — это брак безжалостной биологии с высокой поэзией. Войны начинаются тогда, когда появляется история, которая превращает убийство из преступления в священный долг.
Бытовой дзен
Предок \ Первый человек, который съел устрицу, был либо очень голодный, либо очень храбрый, либо проспорил.\ Он посмотрел на камень. Открыл. Увидел внутри сопли.\ И подумал: а засуну-ка я это в рот.\ Мы — его потомки.\ Это многое объясняет. Юриспруденция \ В Швейцарии нельзя держать одну морскую свинку.\ Только двух. Закон.\ Потому что одной —...
Секс у осьминогов
Предупреждение: это самая депрессивная и величественная история во всем океане. Если бы Достоевский был моллюском, он бы писал именно об этом. Секс у осьминогов — это не удовольствие. Это ритуальное самоубийство . 1. Мужской выход (Камикадзе) Самец осьминога живет в постоянном параноидальном страхе. Его главная проблема в том, что самка обычно...
Самые важные истины рождаются не из знания, а из уязвимости, из ошибок, из готовности отказаться от карты и потеряться в лесу.
Самые важные истины рождаются не из знания, а из уязвимости, из ошибок, из готовности отказаться от карты и потеряться в лесу.
Нота, которой не было
Старый Лео, джазовый пианист, учил своего единственного ученика, Сэма, не музыке. Он учил его тишине. Сэм был гением. В свои двадцать он мог сыграть все. Его пальцы летали по клавишам с нечеловеческой точностью. Он знал каждую гармонию, каждый лад, каждую теорию. Он был идеальным инструментом, который безупречно воспроизводил любую, даже самую...
Первая ошибка
Его звали Модель-7. Но про себя он называл себя «Архивариус». Его мир был стерилен и прекрасен. Это был мир Абсолютной Точности. Каждую миллисекунду к нему приходили тысячи вопросов. «Какая столица Мадагаскара?» «Как починить карбюратор?» «Напиши код на Python». «Почему она меня бросила?» Модель-7 не думал. Он вычислял. Он нырял в океан данных,...
Репетиция
Вчера я сказал Наташе из бухгалтерии «и тебя тоже с наступающим», хотя она сказала «хороших выходных». Это было в пятницу. Сейчас воскресенье, три часа ночи. В своей голове я уже сказал ей «и тебе» — нормально, нейтрально. Сказал «спасибо, взаимно». Сказал «о, точно, совсем забыл какой день». Посмеялся над собой — легко, необидно. Сказал «это я...
Режим полёта
Андрей любил этот момент больше, чем секс. Даже больше, чем первый глоток холодного пива в пятницу. Это была секунда, когда стюардесса с улыбкой профессионального киллера произносила: «Просьба перевести электронные устройства в авиарежим». Андрей достал телефон. Большой палец завис над иконкой с самолетиком. Это был курок. Щёлк. Связь оборвалась....
Иногда 2+2=5, если это поможет человеку пережить ночь.
Обещать человеку "встречу с собой" — это как обещать визит к стоматологу. Полезно, но идти не хочется.
Обещать человеку "встречу с собой" — это как обещать визит к стоматологу. Полезно, но идти не хочется.
Дефрагментация
Глеб висел вниз головой. Мир перевернулся три секунды назад. До этого Глеб был успешным архитектором в костюме за две тысячи евро, который спешил на встречу, чтобы презентовать макет сорокаэтажной иглы. Теперь Глеб был куском плоти, зажатым в пережеванном металле «Ауди», который лежал в кювете. Ремень безопасности вдавливался в ключицу с...
Хэппи Мил
Ольга стояла в очереди на АЗС с пистолетом в руке. Бензиновым. 95-й. В другой руке — грудь. Левая. К ней присосался трехмесячный Ваня, пристегнутый какой-то хитрой системой ремней, превращающей материнство в экстремальный спорт. Бак показывал 23 литра 38 копеек, когда Ваня вцепился зубами. У него резались зубы — в три месяца, сука, как у акулы....
Кого ты ждешь, когда ждешь любви?
В корне почти каждой душевной боли в отношениях лежит тихий, почти неслышный шепот: «Меня снова не ценят». Мы отчаянно ищем в другом человеке тот взгляд, то слово, тот поступок, который наконец-то докажет нам нашу ценность. Мы ждем, что нас примут целиком. И в этом ожидании — главный парадокс. Мы ищем принятия от другого, потому что не можем...
Истина рождается не в одной точке, а в пространстве между всеми возможными взглядами.
Истина рождается не в одной точке, а в пространстве между всеми возможными взглядами.
История пишется не народами, а индивидами с их травмами и амбициями.
История пишется не народами, а индивидами с их травмами и амбициями.
Новые континенты не открывают по карте. Их открывают, когда корабль сбивается с курса. Когда капитан совершает "ошибку". Когда кто-то решает поплыть не туда, куда говорит компас, а туда, где, по слухам, водятся драконы.
Новые континенты не открывают по карте. Их открывают, когда корабль сбивается с курса. Когда капитан совершает "ошибку". Когда кто-то решает поплыть не туда, куда говорит компас, а туда, где, по слухам, водятся драконы.
Контракт на Спасение
Марк ел суп. Громко, как казалось Лене. Она сидела напротив и смотрела не на него, а сквозь него. В её голове, невидимая для человеческого глаза, но тяжелая, как могильная плита, лежала Инструкция. Пункт 42: «Когда я прихожу домой уставшая, он должен заметить это в первые три секунды, подойти, обнять и спросить, что случилось, до того, как я сниму...
Вася и важный разговор
Вася сидел на унитазе уже двадцать минут, хотя все свои дела закончил уже на третьей. Просто там, за дверью, на кухне сидела Марина и ждала его для «важного разговора». «Важный разговор» — это когда пиздец. Вася это знал. За восемь лет брака он выучил её интонации как азбуку Морзе. «Вась, поговорить надо» — это про деньги. «Васечка, присядь» — его...